Есенин С.А. - Восемь пунктов

Скачать этот текст


ВОСЕМЬ ПУНКТОВ

1

На обвинение: — Поэты являются деклассированным элементом! — надо отвечать утвердительно:

Да, нашей заслугой является то, что мы УЖЕ деклассированы. К деклассации естественно стремятся классы и социальные категории. Осознание класса есть только та лестница, по которой поднимаются к следующей фазе победного человечества: к единому классу. Есть деклассация в сторону другого класса — явление регрессивное; есть деклассация в сторону внеклассовости, базирующейся на более новых формах общества; эта деклассация — явление прогрессивное. Да, мы деклассированы потому, что мы уже прошли через период класса и классовой борьбы.

2

Аэроплан летит в воздушном пространстве, оторвавшись от земли. Земля нужна ему как точка, от которой он отталкивается. Без земли не было бы полета. Аналогия: искусству быт нужен только как отправная точка. Но заставьте искусство валандаться в быте, и вы получите прекрасный аэроплан, который перевозит по земле (некоторые зовут его трамваем).

3

Поспешным шагом создается новое «красное эстетизирование». Маркизы, пастушки, свирели — каноны сентиментальной эпохи. Машины и сумбур —

эстетические привычки буржуазно-футуристической эпохи. Серп, молот, мы, толпа, красный, баррикады — такие же атрибуты красного эстетизирования. Примета зловещая. Фабрикаты штампа. Об аэропланах легко писать теперь, надо об них было писать до изобретения. Легко сейчас воспевать серп и молот. Надо было до революции. Эстетизирование не в том, что воспевать (красивость маркизы не более эстетична, чем красивость баррикад); эстетизирование в том, что воспеваются внешне модные предметы с внешне модной точки зрения.

4

Упреки — ваше искусство не нужно пролетариату — построены на основании ошибки с марксистской точки зрения: смешивается пролетариат с отдельными рабочими. То, что не надо Сидорову или Иванову, может быть, как раз нужно пролетариату. Если встать на точку зрения: это не нужно пролетариату потому, что 100 Ивановых это сказали, поведет к выводу, что пролетариату никакое искусство не нужно: часть рабочих и солдат разорвала гобелены Зимнего дворца на портянки — следовательно, старое не нужно. Часть рабочих отозвалась отрицательно о новом искусстве, следовательно, оно тоже не нужно. То, что нужно пролетариату в 1924 году, выяснится пролетариатом в 2124 году. История учит терпению. Споры в этой области — прогноз гадалки.

5

Протестуете против бытописательства? — Да! За что вы? — За быт! Разъясняем:

Быт можно фотографировать — точка зрения натуралистов и «пролетарствующих» поэтов. Быт можно систематизировать — точка зрения футуристов. Быт надо идеализировать и романтизировать — наша точка зрения. Мы романтики потому, что мы не протоколисты. Мы наряду с лозунгом: «Борьба за новый быт» выдвигаем лозунг: «Борьба за новое мироощущение».

6

Работа человека складывается из двух моментов: 1) так называемой работы (производство), которая служит непосредственной выработке и которую ограничивают пока 8-ми часовым днем, а потом ограничат и 2-х часовым и 2) Работы, которая производится беспрестанно в психике (умственная), которую нельзя ограничить никаким декретом охраны труда, кроме декрета смерти. Помогать первой работе взялись производственники. Обслуживать вторую — беремся мы.

7

К спору о том: что поэт такой же человек, как все, или он избранник? — Арабский скакун такой же конь, как и все извощичьи лошади. Но почему-то на скачках он бывает впереди других. Кстати: не напоминают ли пролетарствующий «Леф» и литературные октябристы из «На посту»потемкинские деревни.

Мы предпочтем даже тундровые мхи Петербургской академии пирамидальным тополям из войлока и мочалы футуро-коммунэров.

8

Октябрьская революция освободила рабочих и крестьян. Творческое сознание еще не перешагнуло 61-ый год.

Имажинизм борется за отмену крепостного права сознания и чувства.

Анатолий Мариенгоф
Вадим Шершвневич
Николай Эрдман
Рюрик Ивнев
Сергей Есенин

Ввиду расхождения с некоторыми выдвигаемыми здесь положениями под пунктами отсутствует несколько имажинистских подписей.

‹1924›

Примечания

  1. Восемь пунктов (с. 311). — Журн. «Гостиница для путешествующих в прекрасном», М., 1924, № 1 (3).

    Печатается по тексту первой публикации. Датируется февралем-мартом 1924 г. по времени выхода в свет журнала (см.: История русской советской литературы: В 4 т. М., 1967, т. 1, с. 768).

    Декларация «Восемь пунктов» была в основном написана Шершеневичем. На это указывает то обстоятельство, что ее центральное ядро (пункт 3) составила опубликованная ранее статья Шершеневича «О терминологии и об идеологии. (Дискуссионно)» (газ. «Зрелища», М., ‹1923, сент.›, № 53, с. 4—5), полемически направленная против статьи А. В. Луначарского «Еще о Театре Красного быта» (газ. «Известия», М., 1923, 1 сент.). Если Луначарский защищал «красный», или «революционный» театр в отличие от экспериментаторского театра Мейерхольда, Шершеневич выступил оппонентом Луначарского, противопоставляя режиссерскую деятельность Мейерхольда «натурализму Художественного театра и модернизму Камерного» (подробнее см.: Gordon McVay. Vadim Shershenevich: New Texts and Information. — Russian Literature Triquarterly, Ann Arbor, 1989, № 22, р. 295—296). О том, что автором декларации явился Шершеневич, свидетельствует и тот факт, что основные ее пункты в идентичных выражениях излагаются в его же «Открытом письме Александру Кусикову». — Нак., Берлин, 1924, 10 февр., № 34 (551).

    С Гост., на страницах которой напечатана декларация «Восемь пунктов», формально связан окончательный разрыв Есенина с имажинизмом.

    Печатный орган имажинистов (издавался на протяжении 1922—1924 гг., вышло четыре номера) затевался основательно и на долгое время.

    Первый номер открывался редакционной статьей, названной не без позы «Не передовица». В ней читатели нового журнала приглашались в путешествие по «прекрасному», т. е. искусству, и это «прекрасное» мыслилось авторами как нечто оторванное от жизни, существующее вне социальных потрясений и политических программ: «Не в строении однодневного быта, не в канонах политических программ ‹...› видим мы путь художника и его большую тему». В качестве основного требования к искусству выдвигалась аполитичность: «Поэт — это тот безумец, который сидит в пылающем небоскребе и спокойно чинит цветные карандаши для того, чтоб зарисовать пожар. Помогая тушить пожар, он становится гражданином и перестает быть поэтом» (Гост., 1922, № 1).

    В первых двух номерах Есенин печатался охотно. Он писал Мариенгофу из Парижа (весна 1923 г.): «Стихи берегу только для твоей „Гостиницы“. Есть чудесные».

    Возвратившись после зарубежного путешествия в Москву, Есенин, после некоторых колебаний, все же отдал в 3-й номер Гост. свою «Москву кабацкую» («Мне осталась одна забава...», «Я усталым таким еще не был...» и перепечатка «Да! Теперь решено. Без возврата...»). Этот номер Мариенгоф открыл подборкой собственных стихотворений, а есенинский цикл поместил после, что не могло не задеть Есенина: во всех предыдущих номерах журнала произведения располагались строго в алфавитном порядке фамилий авторов. 7 апреля 1924 г. в письме «В правление Ассоциации Вольнодумцев» Есенин напишет: «...в журнале же „Гостиница“ из эстетических чувств и чувств личной обиды отказываюсь участвовать окончательно, тем более что он мариенгофский.

    Я капризно заявляю, почему Мариенгоф напечатал себя на первой странице, а не меня» (т. 7, кн. 2 наст. изд.).

    Хотя создатели и подписали декларацию «Восемь пунктов» в числе других именем Есенина, поэт, конечно, не разделял отдельных ее положений (например, такого: «Имажинизм борется за отмену крепостного права сознания и чувства»). Кроме того, и здесь не могло не задеть Есенина то обстоятельство, что Мариенгоф расположил подписи под декларацией в алфавитном порядке ... имен имажинистов. Таким образом, подпись Анатолия Мариенгофа оказалась на первом месте, открывая список, а Сергея Есенина — на последнем, завершая его.

    В последнем, четвертом номере Гост. Есенин среди ее «постояльцев» уже не значился, хотя в опубликованном в предыдущем номере анонсе было заявлено и его произведение: «В № 4 „Гостиницы“ прочтете Мариенгофа: „Вавилонский адвокат“, фарс; Шершеневича: „Великолепные похождения“, роман; Есенина: „Страна негодяев“, поэма». — Гост., 1924, № 1 (3). Отсутствовал литературный портрет Есенина и в опубликованных в 4-м номере «Масках имажинизма» Бориса Глубоковского (Гост., 1924, № 4).

    Участие Есенина в группе имажинистов закономерно завершилось его заявлением о роспуске группы (31 августа 1924 г.).

  2. ...не напоминают ли пролетарствующий «Леф» и литературные октябристы из «На посту»потемкинские деревни. — Леф (Левый фронт искусств) — литературно-художественное объединение. Создано в Москве в конце 1922 г. Возглавил ЛЕФ В. Маяковский, в группу вошли поэты (Н. Асеев, В. Каменский, С. Кирсанов, до 1927 г. — Б. Пастернак), художники (А. Родченко, В. Татлин), критики и теоретики искусства (О. Брик, Б. Арватов, С. Третьяков, Н. Чужак) и др. Лефовцы выдвигали идею искусства как «жизнестроения», теорию «социального заказа», призывали к созданию произведений, имеющих определенную утилитарную функцию (программа «производственного» искусства).

    Объединение издавало журналы «ЛЕФ» (1923—1925) и «Новый ЛЕФ» (1927—1929). В 1929 г. по инициативе Маяковского объединение преобразовано в РЕФ (Революционный фронт искусств).

    Литературно-критический журнал «На посту» (1923—1925, вышло 6 номеров, редакторы Б. Волин, Г. Лелевич, С. Родов), затем переименованный в «На литературном посту» (1926—1932, редакторы Л. Авербах, Ю. Либединский, А. Фадеев и др.), издавался Российской Ассоциацией пролетарских писателей (РАПП) и пропагандировал идеи группы «Октябрь». Выступая за «новое», «пролетарское» искусство, журнал провозглашал нигилистический подход к классическому наследию и, выдвинув лозунг «союзник или враг», к непролетарским писателям, так называемым «попутчикам» (подробнее см.: Шешуков С. Неистовые ревнители: Из истории литературной борьбы 20-х годов. Изд. 2-е, М., 1984. См. также коммент. к статье «Россияне»: т. 5, с. 540—547 наст. изд.).

  3. «Октябристы» — игра слов: «октябристами» назывались члены одной из реакционных партий русской буржуазии; авторы имеют в виду консервативность эстетических позиций теоретиков РАПП.

  4. «Потемкинские деревни». — В 1787 г. при осмотре Екатериной II южных губерний по приказу ее фаворита и ближайшего помощника Г. А. Потемкина (1739—1791) сгоняли народ в якобы строящиеся деревни, получившие затем название «потемкинских». Здесь: в значении фальшивые, искусственные.

    С. 314. Творческое сознание еще не перешагнуло 61-й год. — Иными словами, не освободилось от устаревших догм, сковывающих творческое сознание; 1861 г. — год отмены в России крепостного права.