Есенин С.А. - Заявление заведующему отделом изобразительных искусств при Народном комиссариате по просвещению. 19 октября 1918 г.

Скачать текст произведения


19 октября 1918 г. Москва

Заведующему отделом

изобразительных искусств

Комиссариата Н<ародно>го П<росвещени>я

Заявление

Просим о выдаче нам, Сергею Клычкову и Сергею Есенину, работающим над монографией о творчестве Конёнкова размером в два печатных листа, по расчету в тысячу рублей лист — аванса в 1 тысячу (одну) рублей.

Сергей Клычков.

Сергей Есенин.

19 октября 1918.

Примечания

  1. 6. Заявление заведующему отделом изобразительных искусств при Народном комиссариате по просвещению. 19 октября 1918 г. (с. 230). — Есенин 5 (1962), с. 232—233.

    Печатается по подлиннику (ГАРФ, ф. 2306, оп. 23, ед. хр. 8, л. 273). Документ написан С. А. Клычковым; рукой Есенина — его подпись и дата.

    Председателем коллегии (заведующим) отдела изобразительных искусств Наркомпроса был в те дни Владимир Евграфович Татлин (1885—1953), живописец, график, театральный художник, дизайнер. Однако резолюция, имеющаяся на комментируемом документе («В. О. Витту. Издат. договор»), принадлежит Е. Д. Шору, с 1 окт. 1918 г. состоявшему секретарем художественной коллегии отдела изобразительных искусств (ГАРФ, ф. 2306, оп. 23, ед. хр. 28, л. 11).

    В свою очередь В. О. Витт приступил к работе в канцелярии художественной коллегии с 23 окт. 1918 г. (ГАРФ, ф. 2306, оп. 23, ед. хр. 19, л. 93), так что адресованная ему резолюция могла быть наложена лишь после 22 окт.

    Поручение Е. Д. Шора было выполнено. Ниже приводится сохранившийся проект договора:

    «Москва, ноября 1918 г.

    Мы, нижеподписавшиеся, Отдел Изобразительных Искусств при Народном Комиссариате по Просвещению,

    с одной стороны, и граждане Есенин и Клычков, с другой, заключили настоящий договор в нижеследующем:

    1) Мы, Есенин и Клычков, уступаем Отделу Изобразительных Искусств право первого и ........изданий написанной нами книги: „КОНЁНКОВ И ЕГО ТВОРЧЕСТВО“.

    2) Книга имеет содержать в себе от 2-х до 3-х листов в ......экз. каждый, и от ... до ... рисунков.

    3) Гонорар за первое издание уплачивается Есенину и Клычкову в размере 1000 руб. за каждые ... экз.

    4) За каждое следующее издание гонорар уплачивается в размере .......

    5) Первое издание книги имеет быть отпечатано в количестве ... экз.

    6) Мы, Есенин и Клычков, обязуемся продержать безвозмездно первую корректуру книги. С другой стороны, Отдел Изобразительных Искусств обязуется не печатать книги без авторской корректуры Есенина и Клычкова.

    7) По отпечатании каждого издания Есенин и Клычков получают по .... авт. экземпляров книги безвозмездно.

    8) Рукопись книги, вполне законченная и переписанная набело, имеет быть доставлена Есениным и Клычковым Отделу Изобразительных Искусств не позднее...

    При несоблюдении этого срока ....................................

    9) При подписании сего договора Есенин и Клычков получают от Отдела аванс в размере ...

    Остальной гонорар они получают по сдаче рукописи по приблизительному подсчету. Окончательный расчет производится по отпечатании книги.

    Гербовый сбор по настоящему договору оплачивается Отделом» (ГАРФ, ф. 2306, оп. 23, ед. хр. 8, л. 264, первый экземпляр машинописи).

    Поскольку остальные три машинописных экземпляра незаполненного договора на книгу «Конёнков и его творчество» тоже остались в канцелярии отдела изобразительных искусств Наркомпроса (там же, л. 270, 271 и 272), очевидно, что официальные отношения «автор — издатель» Есенина и Клычкова с указанным учреждением так и не были оформлены. Соответственно не был получен и просимый аванс.

    Скульптор вспоминал: «...об их <Есенина и Клычкова> добром намерении написать монографию мне было доподлинно известно. Больше того, не раз и не два друзья-поэты били по рукам: „Завтра с утра начнем, а сегодня...сегодня давайте песни петь! “ <...> Монографию обо мне два Сергея, два друга — метель да вьюга, так и не собрались написать. Скорее всего, потому, что дело это, по существу, им было несвойственно» (Восп.-95, с. 176).

    Беседуя с В. Ф. Земсковым и Е. А. Динерштейном (комментаторами первого пятитомного Собрания сочинений Есенина) в конце 1950-х — начале 1960-х гг., С. Т. Конёнков говорил, что заявление в Наркомпрос было написано и подано лишь для того, чтобы получить аванс: серьезных намерений писать книгу о скульпторе друзья-поэты не имели (сообщено Е. А. Динерштейном).

    Впрочем, к идее написать монографию о С. Т. Конёнкове Есенин возвращался и позже: в 1921 г. эта книга была объявлена, как готовящаяся к выпуску издательством «Имажинисты» (совместно с А. Б. Мариенгофом; см. наст. изд., т. 7, кн. 3). Однако она также не была написана.